RSS

Информационный сайт JohnnyBeGood

Часть 2. Ответный визит 8. Дружба – понятие круглосуточное!
На причале Бреста нас уже ждали: дочь Жанин, такая же кокетливая, как и ее мама, и улыбающийся Пьер, который, видимо, успокоился, наконец, после позавчерашнего шока.

Нас усадили в машины и, забросив на несколько минут в отель, чтобы мы переоделись, повезли в местную музыкальную школу, которой руководил наш друг Доминик.

Видимо, к нашему приезду там очень готовились. Было много местной публики, среди которой мелькали лица уже знакомые нам по приему в мэрии и другим местным тусовкам.

Сначала мы прослушали несколько нудных французских песен, исполненных акапелло любительским хором, в котором, оказывается, пел и Ивон. Потом обменялись приветственными речами, раздали сувениры и, конечно, выпили за процветание нашей дружбы не только в спорте, но и в искусстве.

Следующим номером программы был товарищеский ужин в местном «Макдональдсе», где, кроме нас были, в основном, дети со своими родителями.

Французы, видимо, вспоминая огромную очередь в аналогичное заведение на Пушкинской площади Москвы, решили сделать нам подарок, считая, что посещение «Макдональдса» - это предел мечтаний советского человека.

После этого ужина, который, конечно, не обошелся без пива, мы уже совершенно без сил вернулись в отель и рухнули в кровати.

Так закончился четвертый день нашего пребывания во Франции.

Следующие дни были заполнены непрерывными поездками, которые слились в какой-то сплошной праздничный спектакль с одними и теми же основными действующими лицами. Менялись только декорации, и время от времени, появлялся какой-нибудь новый интересный персонаж.

Итак, пятый день.

С утра поездка на ферму, торгующую живыми морскими продуктами, где мы увидели, наверное, не менее сотни видов разнообразных съедобных морских ракушек, омаров, гигантских крабов и лангустов.

Там же в специальных бассейнах выращивается главный французский деликатес – устрицы. Пришлось попробовать. Честно говоря, отвратительная слизистая безвкусная гадость. Правда, говорят, если побрызгать на нее лимоном, то она пищит и вкуснеет. Но тут никаких лимонов не было, и мы давились этими сырыми маллюсками, изображая друг перед другом, что нам это очень нравится.

Следующий пункт – образцово-показательная (как сказали бы у нас) свиноферма, принадлежащая сыну известного французского парламентария.

Кстати, сам парламентарий, маленький, лысый пожилой человек с асимметричным лицом, чем-то напоминающий известного итальянского комедийного киноактера эпохи неореализма, Тото, тоже присутствует и с удовольствием руководит экскурсией, демонстрируя нам, что в этом, «свинячем» деле он не меньший специалист, чем и в политике.

Видимо, парламентарий заезжает в родные края нечасто, поэтому на экскурсии, в качестве обязательной свиты присутствует все высшее общество города Бреста, во главе с Франсуа Дерьеном. Все проявляют неподдельный интерес к свиноводству и ходят за экскурсоводом дружной толпой от одной клетки с поросятами к другой.

После осмотра фермы, естественно, фуршет с неограниченным количеством шампанского.

Здесь Наумов, по моей просьбе, исполняет свою знаменитую детсадовскую песенку про свинку. Слова песни значения не имеют, поэтому перевода не требуется, главное – звук!

Оказалось, что реакция на эту песню во Франции ничем не отличается от нашей: сначала все, в том числе и парламентарий, услышав натуральный поросячий визг, исходящий от крупного, вальяжного Наумова, испуганно притихли, потом начался всеобщий гомерический хохот и закончилось все бурными аплодисментами.

После этого французы хором под руководством парламентария спели какую-то свою песенку, мотивом напоминающую нашу: «В лесу родилась елочка».

Так как подходящих сувениров мы с собой не захватили, то мне пришлось раздать всем маленькие календарики с изображениями наших военных самолетов МиГ-29 и СУ -27, случайно оказавшиеся у меня в кармане. При этом я произнес довольно глупый тост, что, мол, когда мы вместо производства этих самолетов научимся выращивать таких свиней, как у Вас, то и жизнь у нас может быть наладится…

Тут как раз наступило время обеда, и нас повезли в ресторан, которым, оказывается, владел тот самый симпатичный француз, который встречал нас в аэропорту вместе с Жоржем и Ивом.

Ресторан располагался на верхнем этаже огромной башни непонятного назначения, построенной в чистом поле, и напоминал известный ресторан «Седьмое небо» на Останкинской телебашне. Фирменным блюдом тут были специальные, очень тонкие блины с яйцами и зеленью, которые готовились прямо на глазах у публики.

Из больших стеклянных окон ресторана, расположенного на сорокаметровой высоте открывался очень красивый вид на лежащие вокруг сельскохозяйственные угодья провинции Бретань, окаймленные вдали голубой полоской Атлантического океана.

Несмотря на то, что весь день приходилось выпивать, прямо из ресторана нас повезли играть в теннис.

А вечером был прием в доме Дерьена, с уже привычным обменом сувенирами, на котором, кроме нас и некоторых наших французских друзей, присутствовала вся его семья, включая дочь и сына Марка с девушкой, похожей на японку.

Опять рекой лилось шампанское, потом подали морепродукты, потом рыба, белое вино… .

Когда поздним вечером мы, наконец, добрались до своего отеля, то все настолько устали, что практически без сознания рухнули в свои постели.

И только неугомонный Наумов, сумев как-то улизнуть из под контроля жены Светы, отправился на ночную прогулку по Бресту. Вскоре, недалеко от нашего отеля послышался знакомый громкий рев: «Раздайте бокалы, поручик Голицын…». При этом кто-то из местных, видимо, находясь в таком же интернациональном состоянии, пытался ему подпевать.

Утро следующего дня было посвящено экскурсии в местный океанариум, по которому мы, после вчерашнего, ходили в состоянии некоторой прострации, с трудом «наводя резкость» на всевозможных рыб, скатов и морских черепах, плавающих за стеклянными стенами.

В себя мы пришли только на обеде, который устроил Пьер, тесть Ива, в своем роскошном имении с ручьями и водопадами. По крайней мере, там можно было не только сидеть за столом, но и погулять по большому зеленому парку и даже поиграть в гольф.

После обеда нас повезли по магазинам - делать то, что Беляев назвал заморским словом «шопинг».

Так как почти у всех были какие-то деньги от реализации привезенных вещей, да и те, пресловутые сувенирные деньги никто не успел потратить, потому что у нас физически не было для этого времени, то эта запланированная предусмотрительными французами «закупочная» поездка была для нас очень кстати.

Не знаю, кто что покупал, но у меня была цель - купить хороший французский костюм.

В то время я, уволившись из ЛИИ, готовился к бизнесу с итальянцами. И мой товарищ, опытный бизнесмен международного класса, предупредил меня, что итальянцы, якобы, придают очень большое значение тому, во что одет их партнер – иногда даже пробуют материю на ощупь. И если они видят, что костюм недостаточно дорогой, то перестают иметь с ним дело.

Теперь-то я знаю, что это не совсем соответствует действительности. И главное в бизнесе, как правило, не одежда. Но тогда я искренне верил своему опытному другу и приобрел самый дорогой из тех, что были в магазине, модный двубортный костюм темно-серого цвета, чем очень расстроил мою экономную жену Таню.

Так как назавтра был запланирован наш отъезд в Париж, с таким расчетом, чтобы мы смогли там провести целый день, то вечером в загородном ресторане был назначен заключительный торжественный ужин, посвященный нашему отъезду.

На ужин собралось очень много народа – практически все, с кем мы общались все это время.

Тактичный Дерьен все же учел информацию, полученную от Волка и, кроме меня и Семенова, поставил рядом с собой безмолвного Беляева. При этом, в своем выступлении он обращался уже к нам обоим.

После торжественной части, в процессе которой французам были вручены все оставшиеся у нас, наиболее громоздкие сувениры, а Наумов вытащил откуда-то и вручил Ивону еще один, припасенный им красный флаг с серпом и молотом, чтобы тот все таки повесил его на своем «загородном» доме в память о нашем приезде, все расселись за столы, и начался уже привычный для нас дружеский вечер с тостами и последующими танцами под экзотический негритянский ансамбль с острова «Мартиника».

Закончился этот день и вечер как всегда поздно ночью, падением в постель в обморочном состоянии. Силы наши были уже на исходе! Но французы, наверное, решили проверить нашу закалку до конца. Нам предстояло выдержать еще один, завершающий день.

Утро этого заключительного дня началось традиционным теннисом в Клубе с последующим долгожданным пивом в клубном баре.

Потом все пошло как обычно. Нас повезли на очередной обед в очень красивый ресторан с водопадом под названием «Мельница».

Хозяин ресторана с кавказским именем Арсен и его полная черноволосая жена были очень похожи на выходцев из Грузии. А когда этот Арсен, Ивон и еще кто-то из гостей запели разноголосьем, то мне вообще показалось, что мы находимся где-то в Тбилиси. Это впечатление усиливал и по-грузински обильно заставленный закусками стол и огромное количество вина.

Желая сделать нам приятное, хозяин приготовил нам на горячее огромного запеченного лосося. Он был уверен, что это наше национальное блюдо.

Обед проходил весело. После «грузинообразной» песни французов, наши дамы, под руководством переводчицы Кати, которая от нас все никак не отставала, спели хором русскую народную песню «Ой цветет калина…», после чего вдруг запели « ой полна, полна коробочка…» и пустились в пляс в стиле ансамбля Надежды Бабкиной.

Под конец обеда, после сыров и десерта всех традиционно обнесли русской водкой, и мы стали расходиться.

В этот момент ко мне подошел расчувствовавшийся Арсен и предложил обменяться телефонами. Я, естественно, согласился и, как оказалось, поступил очень опрометчиво!

На протяжении многих последующих лет меня довольно регулярно, как правило, по субботам, глубокой ночью будили международные телефонные звонки.

«Богис! Богис!»- раздавался в трубке нетрезвый, веселый голос Арсена. «Хау ар ю, Богис!»

Потом он, обычно, передавал трубку еще кому-то, и те со мной тоже здоровались по-английски. Это продолжалось, как правило, минут десять, после чего связь прерывалась, а я еще долго не мог уснуть.

Поначалу, я пытался как-то поддерживать разговор, задавая разные вопросы на ломаном франко-английском языке, предполагая, что им что-то от меня нужно. Но после того, как это стало происходить еженедельно и абсолютно без всякого смысла, я понял, что Арсен, таким образом, просто хвалился перед своими подвыпившими уже гостями, что у него в Москве есть друг и, если они не верили, в качестве доказательства, набирал мой номер.

После обеда нам удалось на какое-то время попасть в отель, чтобы собрать перед отъездом свои вещи. Это было необходимо, потому что просто так нас отпускать никто не собирался. Нам предстоял еще один, «совсем завершающий вечер» в баре теннисного клуба. Так сказать, «вечер на посошок», после которого мы уже должны были сесть в автобус и уехать, чтобы к утру оказаться в Париже.

И французы продемонстрировали нам свое гостеприимство до конца. Все многочисленные столики в баре теннисного клуба были опять, как и во все эти дни, заполнены нашими друзьями, которые пришли нас проводить.

Обстановка была сверхдемократичная. Дерьен стоял у стойки и разливал пиво. Его жена, и другие французские дамы разносили закуски.

В разгар вечера, произведя фурор среди своих приятельниц, появилась красавица Жанин в роскошной шубе из чернобурки, которую мы ей привезли. Этим она, видимо, хотела сделать нам приятное.

Мы с Дерьеном, уже в который раз, привычно обменялись благодарственными речами и уверениями в вечной дружбе. Я, конечно, пригласил всех к нам в гости. Беляев и на этот раз от речей как-то самоустранился и все время пытался спеть что-то под гитару.

Оптимизация статьи - промышленный портал Мурманской области

Похожие новости:


Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Каталог статей, Как мы дружили с французами | Просмотров: 2787 | Автор: Борис Кантор | Дата: 31-07-2010, 06:46 | Комментариев (0) |
Информация
Комментировать статьи на нашем сайте возможно только в течении 1 дней со дня публикации.